К основному контенту

Анатолий Аркадьевич Михайлов


Анатолий Аркадьевич Михайлов родился 14 ноября 1936 года в Ленинграде. Ему было 5 лет, когда началась война, и мальчик провёл в холодном и голодном городе самые страшные полтора года блокады. Завод «Прогресс», на котором бригадиром упаковщиков работала мать, продолжал выпускать свою продукцию для близкого, неумолимо грохочущего фронта. Михайловы были эвакуированы в Омск, где прожили полтора года. Вернувшись в Ленинград, как только была прорвана блокада, попал в спортивную школу Октябрьского района Ленинграда. В 12 лет прыгнул в высоту на 135 см, в 16 стал заниматься барьерным бегом. Поступил в техникум при оптико-механическом заводе и начал тренироваться у Виктора Ильича Алексеева. В 1957 году после окончания техникума стал студентом Института инженеров железнодорожного транспорта. Окончил Ленинградский институт киноинженеров (1965 г.) и ГДОИФК им П.Ф. Лесгафта (1974 г.). Заслуженный мастер спорта СССР (1963 г.), заслуженный тренер России (1992 г.), бронзовый призёр Олимпийских игр, чемпион Европы.

Олимпийские игры:
Бег на 110 метров с барьерами
1956 г. 14,5 в забеге 4 место
1960 г. 13,9 2-е место в 1⁄4 финала, в 1⁄2 финала получил травму
1964 г. 13,7 р (13,78 эл.) 3 место

Чемпионаты Европы:
Бег на 110 метров с барьерами
1958 г. 14,4 3 место
1962 г. 13,8 1 место
1966 г. 14,1 4 место

Кубок Европы:
1965 г. 13,9 1 место

Европейские игры в закрытом помещении:
1967 г. 50 м с/б 6,7 3 место

Всемирные универсиады:
1961 г. 4х100 м 41,1 1 место
1963 г. 110 м с/б 14,0 1 место

Чемпионаты СССР:
1957 г. 110 м с\б 14,4 1 место
1958 г. 110 м с\б 14,4 1 место 200 м с\б 23,5 2 место
1959 г. 110 м с\б 14,2 1 место 200 м с\б 24,0 2 место
1960 г. 110 м с\б 13,8 1 место 200 м с\б 23,4 1 место
1961 г. 110 м с\б 13,7 1 место 200 м с\б 23,2 1 место 4х100 м 40,7 1 место
1962 г. 110 м с\б 14,0 1 место 200 м с\б 23,2 2 место
1963 г. 110 м с\б 14,1 1 место 200 м с\б 23,7 4 место 4х100 м 40,7 2 место
1964 г. 110 м с\б 13,8 1 место 200 м с\б 23,3 2 место
1965 г. 110 м с\б 13,8 1 место 200 м с\б 23,1 3 место
1966 г. 110 м с\б 14,0 1 место
1967 г. 110 м с\б 14,1 2 место 200 м с\б 23,6 5 (забег)

Командные чемпионаты СССР:
1958 г. 14,0 1
1960 г. 13,9 1
1962 г. 14,1 1

Рекорды СССР:
110 м с/б:

31.10.1956 г. 14,1 Ташкент
12.07.1957 г. 13,9 Ленинград
11.05.1958 г. 13,8 Нальчик
16.09.1959 г. 13,7 Грозный
18.10.1964 г. 13,7 Токио
21.08.1965 г. 13,7 Осло
200 м с/б:
07.05.1960 г. 22,9 Нальчик

Неоднократный победитель Всесоюзных соревнований в закрытом помещении (1958 - 1965 гг.).

Неоднократный обладатель высших мировых достижений для закрытых помещений 1957 - 67 гг. (100 м - 10,4; 50 м с/б - 6,6; 60 м с/б - 8,0; 110 м с/б - 13,6) и всесоюзных (200 м - 22,4 в 1961 и 22,2 в 1964) достижений.

Победитель матчей: СССР - США 1963 г. (110 м с/б - 13,8), СССР - ФРГ 1959 г. (14,0), СССР - Великобритания 1959 г. (14,1), СССР - Польша 1966 г. (13,8) и 1967 г. (14,0), СССР - ГДР 1967 г. (14,2), РСФСР - ГДР 1961 г. (14,1 и 4х100 м - 41,2), РСФСР - Польша 1962 г. (14,3).

Восьмикратный победитель Мемориалов братьев Знаменских (1959 - 1966 гг.).

Награждён орденом «Знак почёта» в 1996 году.

С 1970 года тренер школы Алексеева. Подготовил двух мастеров спорта международного класса, более 20 мастеров спорта СССР и России. Его ученица Ева Соколова (Николаева) дважды превышала высшее мировое достижение для закрытых помещений. Первой из барьеристок на дистанции 100 метров под крышей манежа выбежала из 13 секунд (12,98 и 12,91). Она же была серебряным призёром зимнего первенства Европы в беге на 60 метров с барьерами. А. А. Михайловым подготовлены победители и призёры юношеских и молодёжных первенств СССР и России: В. Калявин И. Соколов, Е. Шакирзанова, А. Михайлов (сын А. А. Михайлова), Я. Ворохобко, И. Бызин, Г. Хаустова, В. Романов, М. Соколов.

Источник: "Академик спорта Виктор Ильич Алексеев. Реальные события. Факты". Санкт-Петербург, ИД "Петрополис" в 2013.

Беседа с Анатолием Михайловым (см. "Петербург не услышал радиопередачу "На старт"")


ДУЭЛЬ. ФИНАЛ ("Фильм Сергея Головецкого "Дуэль. Финал" об истории легкоатлетических матчей СССР - США", А. А. Михайлов рассказывает с 20:54)


К ЮБИЛЕЮ 14 НОЯБРЯ. АНАТОЛИЙ МИХАЙЛОВ - 85.
ДЕСЯТЬ ЗАМЕТОК НА ТЕМУ. ИЗ АРХИВА СТЕПАНОВЫХ


ОФП в Михайловском манеже

Много чего мы повидали на нашем Зимнем стадионе! Сейчас такого не увидишь – все советские звёзды «королевы спорта» состязались на всесоюзных первенствах в «многоборьях ОФП». На рубеже 50-60-х годов ХХ века царил лозунг разносторонности, гармоничности, многоборности подготовки – и все обязаны были показать себя в таких упражнениях как лазание по канату (здесь самым сильным в стране, опережая даже прыгунов с шестом, был легендарный прыгун в высоту Валерий Брумель – он забрался на пять метров на одних руках за 4,6 секунды!), поднимание ног в висе до перекладины, позже подтягивания на ней (некоторые знаменитые метательницы зафиксировали 0), отжимания от пола в упоре лёжа, десятерной или тройной прыжок с места (немотивированный таким испытанием многократный чемпион СССР в барьерном беге Анатолий Михайлов ограничился прыжком на 830 см, а юная толкательница ядра Надежда Чижова, напротив, полная амбиций, улетала на 834см), толчок штанги для метателей и даже лыжная гонка для ходоков.

Метательницы надевали шиповки, соревнуясь в беге на 60 и 500 метров (в 1964-м всех обогнала трёхкратная олимпийская чемпионка в толкании ядра и метании диска Тамара Пресс, а двумя годами ранее две наши первые советские олимпийские чемпионки в этих видах Галина Зыбина и Нина Пономарёва сошли с дистанции в два круга). Мужчины терпели на 800 метров долго – от двух с половиной до трёх с половиной минут.

Тут соперничали на дорожке лучшие в стране спринтеры (Николай Политико с Эдвином Озолиным), прыгуны (Валерий Брумель с Игорем Тер-Ованесяном), толкатели ядра (Николай Карасёв с Борисом Георгиевым и Виктором Липснисом), барьеристы (Валентин Чистяков с Анатолием Михайловым), дискоболы (Владимир Трусенёв с Кимом Буханцовым), тройники (Владимир Горяев с Олегом Федосеевым), копьеметатели (Виктор Овчинник с Виктором Цыбуленко).

В этих микродуэлях на 800 м побеждали первые из перечисленных, но важнее всё-таки было подтвердить статус в своём виде – здесь рубились всерьёз, тут уж, к примеру, Анатолий Михайлов опережал Чистякова на три десятых секунды в беге на 110 с/б и на две десятых в гладком спринте на 100 м. А многоборья (разные для видов и меняющиеся по составу упражнений) часто выигрывали не самые сильные в главной специализации, но их ставили в пример даже многократным чемпионам, «не работавшим над устранением слабых мест, препятствующих прогрессу».

Доставалось от критиков и Михайлову (например, в 1959 г. после матча Москва - Ленинград - РСФСР - УССР за его 73-е место в четырёхборье ОФП: бег 40 м, лазание по канату, толчок штанги, тройной прыжок с места – хотя двоеборье для барьеристов он там же выиграл), и столь же бесспорному лидеру среди спринтеров в стране, как и Михайлов среди барьеристов, Эдвину Озолину.

Впрочем, они и их тренеры (В. И. Алексеев и В. В. Атаманов) имели свою точку зрения на смысл физической подготовки, вынужденно участвуя (не ставя задачу обязательно побеждать и в «ОФП») во всеобщей кампании её «проверки», не лишённой как благих намерений (в поиске способов выхода из тупика слишком узкой однообразной тренировки), так и перегибов (обязательного состязания в искусственно выбранных комплексах).

Помнится смелое высказывание в печати предшественника Михайлова на позициях лидера барьеристов страны Е. Буланчика: «Показатели в этих упражнениях никак не обусловливают результат в барьерном беге».

Анатолий Михайлов, например, в броске ядра двумя руками «давал фору» лучшим «многоборцам ОФП» – барьеристам почти три метра, а в подтягиваниях, отжиманиях, поднимании ног в висе и прочей «гимнастике» уступал в количестве раз вдвое, хотя вовсе не игнорировал физическую подготовку, систематически и круглогодично, в частности, работал со штангой, вес которой в приседаниях и толчке превышал 100 кг. Но он не знал себе равных в силе и быстроте мышц, координация которых обеспечивала самые мощные движения в элементах, составляющих беговой и барьерный шаги со специфическим проявлением этих скоростно-силовых качеств при агрессивной атаке 1067-миллиметрового препятствия, стремительном переходе его и сходе – приземлении за ним без потерь скорости. Его мышцы «умели» точнее и результативнее других менять структуру частого бега короткими шагами на участках между барьерами на движения, позволяющие достичь максимума дистанционной скорости в гладком спринте с неподражаемо размашистыми шагами. В этом искусстве они с тренером опережали всех!

Уникальность достижений

Мы начали юбилейный очерк с такого, вроде бы отвлечённого и непраздничного воспоминания, в котором отражены некоторые любопытные признаки той эпохи развития лёгкой атлетики в стране (надо сказать, именно тогда вышедшей на лидирующую позицию в мире), а кроме того, ведь в этом проявлялась и самобытность спортсмена – и в индивидуальном сочетании физических качеств, и в независимой убеждённости мнения о пользе и важности тех или иных компонентов подготовки. Столь же уникальной была и техника бега выдающегося легкоатлета – нашего земляка: и в движениях при перебегании барьеров, и в шагах гладкого спринтерского бега, а также в ритме ускорений по участкам дистанции от старта до последующих десяти барьеров на ста десяти метрах.

В истории отечественной лёгкой атлетики (а ей пошёл уже 134-й год) найдётся единственный такой феномен как достижение Михайлова: десять лет подряд он выигрывал чемпионат страны в одном и том же виде! Кроме 10 золотых медалей чемпиона СССР в беге на 110 м с барьерами, у него ещё два золота за победы на 200 с/б и одно за 4х100 м.

Шесть рекордов СССР на 110 м с/б и один на 200 м с/б.

Бронзовая медаль Олимпийских игр 1964 г. в Токио, золотая чемпионата Европы 1962 г. в Белграде и бронзовые континентальных чемпионатов: летнего 1958 г. в Стокгольме и зимнего 1967 г. в Праге (50 м с/б), победа в матче СССР - США 1963 г., в матчах СССР с ФРГ, Великобританией, Польшей, ГДР, выигрыш первого Кубка Европы 1965 г. и Всемирных Универсиад, многократные победы (1959-1966) на Мемориалах братьев Знаменских, мировые достижения для закрытых помещений на гладких 100 м и на 50, 60 и 110 м с барьерами – вот краткий перечень международных успехов. В очных матчевых поединках Михайлову удавалось опережать таких звёзд мирового спорта как олимпийский чемпион Хайес Джонс (США), рекордсмен мира Мартин Лауэр (ФРГ), имевших личные рекорды соответственно на 0,3 и на полсекунды выше, чем всесоюзный рекорд нашего барьериста!

Кумир юных лет

Если Брумель стал тогда для нас абсолютным кумиром № 1 в стране, то среди ленинградцев, которых мы могли видеть всегда почти еженедельно (таков был плотный календарь зимних и летних соревнований) любимцем был Анатолий Михайлов. В начале 60-х на стене «Михайловского манежа» позади старта дистанций спринта по правой от входа прямой (100 и 110 м) висел огромный стенд с рисованным цветным изображением бегуна над барьером. Он был сделан с фотографии Михайлова.

Не забыть, что восхищало не только его мастерство на барьерной дистанции с характерным складыванием туловища к маховой ноге над барьером и обычным «сценарием бега», когда со старта он нередко выпускал соперников вперёд (иногда даже на пару метров), а затем, раскручивая обороты от барьера к барьеру, обгонял всех к финишу 110-метровой дистанции. Это был его собственный идеальный для него ритм бега (итальянские специалисты называли его «крещендо»), найденный годами экспериментов в тысячах повторений старта (пробовал пробегать отрезок до первого барьера в 8, затем в 7, потом снова в 8 шагов). Причём поиски шли в процессе многолетнего прогресса в скорости спринта, что ставило постоянно возобновлявшуюся проблему стыковки нового уровня быстроты гладкого бега с необходимостью «вписываться» в трёхшажный ритм бега между барьерами. И ведь нередко Михайлова критиковали, видя в его не самом быстром начале бега даже «пренебрежение» к соперникам и прогрессу в результатах. Но он был ярким образцом «бегунов-победителей», доставлявшим радость (и нам, наблюдателям, в том числе) выигрышами очных поединков.


Так он побеждал десять лет подряд на летних чемпионатах страны, так он дважды (с перебежкой после протеста американцев, утверждавших, что Х. Джонс остался в стартовых колодках из-за фальстарта соперников, не расслышавших повторного выстрела стартёра, и хотя фальстарта не было, «гостеприимные» хозяева – руководители советской сборной согласились на второй бег через час) опережал сильнейших барьеристов мира на «матче гигантов» СССР-США 1963 года. Этот триумф нашего кумира мы, будучи в летнем лагере со спортшколой, наблюдали на чёрно-белом телеэкране на базе СКА в Кавголово, занимая с утра места у единственного телевизора.

Так же Михайлов бежал на Зимнем, на всесоюзных соревнованиях обгоняя ростовчанина, позже москвича Валентина Чистякова (что было принципиальнее итогов параллельно разыгрывавшегося «многоборья»), а на городских – призёра чемпионата Европы Николая Березуцкого и других конкурентов (тогда в городе ещё были сильные барьеристы).

Именно на Зимнем Михайлов показал свой самый быстрый бег – 13,6 в 1960-м были мировым достижением, превышавшим на одну десятую секунды его же летний рекорд страны 1959 года. Много лет этот летний рекорд 13,7 держался: его повторял и сам Михайлов в 1964 и 1965 гг., и 8 раз четверо других его последователей в 1968-71 гг. Лишь через 12 лет после зимнего результата нашего ленинградца эти 13,6 летом повторил минчанин Виктор Мясников, а потом он же сбросил ещё три десятых к 1976 году. Его 13,3 (с повторениями ещё двумя барьеристами) навечно остались «ручным» рекордом СССР. Справедливости и точности ради вспомним, что на Олимпиаде в Токио-64 Михайлов завоевал бронзовую медаль с результатом, округлённым тогда до 13,7 (опять повторение рекорда страны), но фактически по показаниям электронного секундомера (тогда неофициального) он пробежал за 13,78. Это по сути можно считать самым быстрым бегом Михайлова (эквивалент ручному времени 13,5), и он бы был электронным рекордом страны до 1973 года, то есть до тартановой эпохи (Михайлов бегал по гаревым покрытиям в обуви с длинными шипами).

Кстати, попав тогда в олимпийском финале по жребию на правую крайнюю 8-ю дорожку (распределения по ним согласно предварительным полуфинальным результатам не было), он после 2 барьера бежал седьмым, а на финише (как показал уточнённый официальный анализ результатов позднее) уступил чемпиону Джонсу 11 сотых, а серебряному призёру Линдгрену (он бежал с другого края – по 1-й дорожке) 4 сотых секунды.

Не менее сильное впечатление оставил его гладкий бег, где он не раз опережал даже многократного чемпиона в спринте Эдвина Озолина, а его 10,4 с на 100 м, показанные в том же 60-м, пять лет оставались мировым достижением, пока быстрее на одну десятую не пробежал Виталий Кунарёв на этой же дорожке Зимнего (он бежал по дистанции в чём-то похожими на Михайлова размашисто-«загребающими» движениями при активной постановке ноги на дорожку, хотя и с разными углами в коленном суставе, но при этом удачнее стартовал).

Впрочем, в те годы наш лучший барьерист уже не состязался со спринтерами – на фоне длинных шагов гладкого бега ему становилось тесно между барьерами, – но безотказно помогал им завоёвывать медали чемпионатов страны, в том числе и золотую в 1961 г., в эстафетах за сборную города). Кстати, и на 200 м Михайлов улучшал на Зимнем стадионе всесоюзное достижение Озолина, показав (с крутым виражом длиной всего 25 м) 22,2 секунды.

Подражали во всём

А как Михайлов «съедал» соперников в эстафетах 4х250 м, получая на последнем этапе палочку за свой «Труд» или «Зенит» (школа Алексеева относилась то к одному обществу, то к другому) позади сильных спринтеров других команд! На длинных наших стометровых прямых он догонял их неподражаемыми шагами (широко, высоко и далеко, но мгновенно вперёд вынося ноги, казалось, от плеч или из «подмышек», мощным хлёстом «загребал» пространство, захватывая дорожку спереди – перед собой и продвигая её назад «под себя – за себя» назад)! На крутых коротких виражах он притормаживал свою громадную скорость, но через 25 метров всё продолжалось на другой прямой. Мы (один из авторов статьи с друзьями по детской спортшколе Ленинградского Дворца пионеров) пытались копировать такую технику, называли михайловский стиль «шлёп-накат», крутили головой, грудью, плечами, тазом, выдвигая вперёд животы и бёдра, – как Он в своём «шарнирном», расслабленном, но мощном беге. Это не всеми признаваемое «загребание» активной энергичной постановкой ног на дорожку тогда противоречило многолетним «узаконенным, общепринятым» установкам тренеров на «полное проталкивание сзади», но нам, надо признать, в масштабе наших скромных способностей и сил, это приносило результаты не хуже, чем бег «правильной техникой». Подражали чемпиону во всём: некоторые наши «дворцовцы», наподобие Михайлову, удлиняли соревновательные трусы, а разрезы на них укорачивали, под шиповки стали поддевать белые носки-полугольфы «до икры», кое-кто подражал михайловской манере держаться на дорожке и двигаться по ней, наклоняя голову набок к левому плечу или вращая ею в разминочном беге. Позднее мы узнали, что технику спринта Михайлов с Алексеевым отрабатывали ещё и таким приёмом как бег (в шиповках большего размера на шерстяной носок) по льду катка, набегивая за такую еженедельную (даже при минус 20°) скоростную тренировку до двух километров в сумме отрезков.

Кстати, это же упражнение с пользой применяла затем и Татьяна Ворохобко (Кондрашёва) – ученица «алексеевца» Николая Григорьевича Большакова, одна из лучших советских пятиборок, а также чемпионка страны в спринте (60 и 200 м) и на новой тогда барьерной дистанции 100 м – её также отличала техника гармоничного бегового шага, в котором не было ни торможений при постановке ноги на дорожку, ни излишне долгого акцента на «полное отталкивание сзади», а размашистое «колесо» плавно и быстро катилось по дорожке, доставляя эстетическое удовольствие. Во многом такое мастерство формировалось на скользком покрытии, заставлявшем бегуна прикладывать своевременные и точно направленные усилия.

Вспомнилось об этом ещё и потому, что уже долгие годы Анатолий Аркадьевич Михайлов и Татьяна Леонидовна Ворохобко работают в дружном и плодотворном тренерском дуэте, готовя юных наследников алексеевских традиций.

Уроки Виктора Ильича

У Алексеева Михайлов тренировался два десятка лет, храня верность, основанную на взаимном уважении и творческом единстве. Ученик всегда говорил, что всеми успехами и знаниями он обязан тренеру, а наставник оценивал его сдержанность, тактичность, немногословие и способность переносить огромные нагрузки. Надо сказать, что этот тренировочный труд не заключался в выполнении «объёмов» по числу километров бега и количеству преодолённых барьеров. Во главу угла Алексеев ставил совершенствование индивидуальной техники, на которую «наслаивал» физические качества. Сотни тренировок сводились к упражнениям с одним барьером на отработку отдельных элементов движений в течение часа-полутора, столько же времени мог занимать на тренировке многократный повторный бег со старта с преодолением первого барьера, сочетаемый с несчётным количеством имитаций «атаки», перебегания, схода – всех фаз техники («Учи!» – такие слова Алексеев адресовал даже чемпионам, придавая уверенность, что совершенствование не имеет пределов).

Михайлов весьма скромно оценивал как собственный уровень технического мастерства, так и вообще свои природные данные, степень таланта к бегу с барьерами. При росте 182-183 см он был по этому показателю где-то восьмым-девятым среди пятнадцати ведущих советских барьеристов своего поколения, однако все отмечали его преимущества в трудолюбии, упорстве, настойчивости, особо отмечая, что он был думающим, мыслящим спортсменом при подготовке, а также тонким тактиком и бесстрашным бойцом на беговой дорожке.

Он любил и умел много соревноваться круглый год, стартуя в разных по масштабу состязаниях. К примеру, за 1959 год у него набралось 45 забегов на 110 с/б (на 41-м старте установил рекорд страны), 15 раз бежал 100 м, по несколько стартов принял ещё на 200 м, 200 м с/б, 4х100 м. Или такой пример: на чемпионате СССР 1961 г. в Тбилиси (с 3 по 9 октября) Михайлов провёл 4 забега на 110 с/б, 2 на 200 с/б и 2 в эстафете 4х100 м, при этом завоевав золотые медали на всех трёх дистанциях. А всего за годы выступлений соревновательные 110 метров с барьерами он пробежал более 500 раз – преодолел 5000 барьеров только в состязаниях, не считая десятков тысяч в тренировках!

Детство и первые тренеры

Что касается техники, то её основы заложили тренеры ДСШ Октябрьского района (впоследствии объединённая спортшкола «Орлёнок», а ныне Адмиралтейского района), в которой он начал заниматься лёгкой атлетикой, – Пётр Игнатьевич Козловский и Татьяна Фёдоровна Могилянцева. Но первым своим тренером Анатолий считает… улицу. Ежедневно по 2-3 часа он с ребятами послевоенного Ленинграда (а домой они с мамой вернулись из эвакуации, куда после полутора лет блокады перевели завод «Прогресс», где она работала) играли в волейбол, баскетбол, лапту, «казаки-разбойники», пятнашки, тряпичным мячом в футбол, зимой гоняли на коньках-«снегурках», играли в хоккей…

Но вспоминает Михайлов и «специальные» упражнения: мальчишеские забавы в запрыгивании с разбега на подножку движущегося на скорости трамвая, спрыгивание с неё на полном ходу (доблесть – устоять на ногах без падения), а также «любимый самокат» (естественно, не современный пассивный с электромотором). Ведь это всё те движения, требующие силы, быстроты и ловкости, которые прямо складываются в кирпичики будущего строения техники бега – и спринтерского, и барьерного! Не будем опасаться, что спровоцируем этим рассказом юных подражателей, хотя бы потому, что сегодня уже нет трамваев с подножками… После 7 классов по совету Алексеева, уже следившего за прогрессом юноши, а вскоре ставшего его единственным на многие годы тренером, Михайлов поступил в физико-механический техникум при ГОМЗе.

Алексеевцы на Зимнем

Помнится, что во времена нашей юности (начало 60-х) алексеевцы – воспитанники Виктора Ильича и его легкоатлетической школы – «брали» Зимний стадион по средам: в этот день манеж принадлежал им, но мы частенько наблюдали, как Алексеев в коричневой или серой просторной «домашней» куртке, крепко ступая по гаревому покрытию широкими шагами, переходил из сектора для толкания ядра (круги с сегментами располагались в центре арены) к сеткам для метателей (их опускали поперёк манежа посередине, метали с двух сторон диски и копья с резиновыми набалдашниками), оттуда – к стартовым колодкам (тогда это был станок из трёх деревянных брусков и вставлявшейся в прорези между параллельными брусками фанерки для упора «передней» ногой), от них – к барьеристам: Галине Буйновой (впоследствии она стала Вичиковой), Виктору Базилевичу, Борису Пищулину или к «высотникам» во главе с Татьяной Кузнецовой (Шестаковой).

Его личные ученики ведь выступали во всех этих видах. И везде он показывал суть движения – запомнились такие: опережение тазом в поворотах – метателям, положение правой кисти (пронация) или левого предплечья – толкателям, «ввинчивание» кистью атакующей руки вперёд-внутрь с наклоном или поворотом головы – барьеристам, «попадание в таз» – бегунам…

На соревнованиях спортшкол (а их было в Ленинграде, кроме Дворца пионеров, по одной в каждом из полутора десятков районов – всё это «гороновские» школы плюс около десяти при обществах – «Буревестнике», «Спартаке», «Труде», «Локомотиве», «Зените», «Трудовых резервах», динамовская и армейская детские школы выступали не всегда (СКА тогда не имел детской спортшколы), «Урожай» и «Водник» соревновались только среди взрослых, и всего было 26 отделений лёгкой атлетики в детских спортивных школах города с шестью тысячами занимавшихся) алексеевцы в своих фирменных, но скромных «рабочих» синих тренировочных утеплённых костюмах с воротничками полустоечкой с цветными полосками дружно и радостно болели за своих, выходивших на старт в светло-голубых майках с эмблемой-ромбиком «Зенита» и выделявшихся среди юных земляков-соперников крепостью мышц, несуетливым поведением, ловкостью и точностью натренированных движений. Командное единство алексеевской школы мы могли наблюдать лучше других – у каждой команды было своё традиционное место на трибуне, и наш дворцовский сектор находился на той же стороне трибуны (слева от входа), что и их, но они располагались дальше нас, «дворцовцев», по ходу – за центральным выходом на дорожку из раздевалок. Эта дружеская атмосфера казалась нам тогда признаком алексеевцев, истоком их силы.

В родной Школе-семье

Семья единомышленников, где старшие учат младших, постепенно становясь из спортсменов тренерами, а тренеры проходят все ступени профессионального роста в работе сначала с новичками, а затем со взрослыми мастерами, таким путём обеспечивая и передачу опыта от поколения к поколению – такие традиции стали фоном, девизом, содержанием всей жизни многих алексеевцев. Анатолий Аркадьевич Михайлов – самый яркий пример служения родной школе, выбранной профессии, любимому делу. Окончив в 1965 г. Ленинградский институт киноинженеров (туда он перешёл из ЛИИЖТа, где в 1957 г. начинал учёбу по инженерному профилю, но понял, что интересы в приложении технических наук теснее связаны с километрами киноплёнок, чем железных дорог), стал инженером-конструктором на ЛОМО, а с 1970 начал тренерскую работу.

В годы студенчества Михайлов выступал за свои вузы по полной программе, даже соревнуясь в десятиборье. А затем уже в послеспортивные годы убедился, что без лёгкой атлетики жизнь представить невозможно, профессия тренера станет для него главной и даже единственной – и поступил на заочный факультет Института физкультуры имени Лесгафта.

Некий курьёз, но среди лесгафтовцев ходил рассказ о том, как даже не все преподаватели кафедры лёгкой атлетики «узнавали» в нём, скромно выполнявшем задания на практических занятиях в многочисленной учебной группе, знаменитого бегуна-барьериста, по образцу зафиксированных на кинограммах учебников движений которого они же обучали технике бега с барьерами всех студентов той поры.

В общем, освоив в 1974 г. второе высшее образование, А. А. Михайлов продолжал заниматься любимым делом, тренируя ребят в родной алексеевской школе.

7 февраля 1988 г. его ученица Ева Соколова (в юные годы Николаева, начинала заниматься в группе работавшей вместе с А. А. Михайловым тренера Ларисы Александровны Аловой) стала первой в мире барьеристкой, пробежавшей в закрытом помещении дистанцию 100 м быстрее 13 секунд (дважды за день: в забеге 12,98 и в финале 12,91).

В 1992 году ему присвоено звание заслуженного тренера РСФСР, и до нынешних дней Анатолий Аркадьевич продолжает учить королеве спорта юных спортсменов в «Академии лёгкой атлетики» – специализированной школе олимпийского резерва, в структуре которой уже полтора десятилетия трудятся тренеры школы Алексеева, влившиеся туда наряду с коллегами из спортшкол других бывших спортивных обществ профсоюзов города.

Десятки мастеров спорта, мастера спорта международного класса подготовлены им. За многие годы общения особенно памятны неподражаемые практические «мастер-классы» (тогда это называли открытыми тренировками, мы организовывали их в «Клубе тренеров на Зимнем стадионе»), которые проводил в нашем манеже в 1991 г. А. А. Михайлов с подопечными мастерами спорта Е. Шакирзановой и В. Калявиным, назвав тему «Развитие техники спринта и барьерного бега от новичка до мастера».

Признание

Не забыть такой эпизод: в мае 1987 г. мы в составе небольшой группы барьеристов и спринтеров сборной СССР (четверо бегунов и трое тренеров) тренировались на знаменитой базе легкоатлетов Италии в Формии. К нам, зная, что мы из Ленинграда, подошёл стройный молодцеватый тренер – это был Эдди Оттоз, двумя десятилетиями ранее ставший чемпионом Европы на 110 м с/б.

Он с искренним восхищением просил передать привет и лучшие пожелания «грандиссимо Михайлову», которого, заметим, он сменил на «посту» сильнейшего барьериста Старого Света (наш земляк был чемпионом на предыдущем чемпионате Европы, которые тогда проводились только один раз в четыре года).

Так популярен и уважаем был Анатолий Михайлов далеко за пределами страны и спустя многие годы после своих побед! А вот какую оценку дал Михайлову знаменитый главный тренер сборной США Пейтон Джордан (тот, что пообещал «съесть свою шляпу, если его команда проиграет русским»): «У Михайлова великолепная техника, он очень силён физически, но особенно важно то, что он прекрасный боец».

Как необходимо всем нам, а главное тем, кому предстоит прожить годы в спорте, чтобы и у себя дома мы научились сохранять столь же высокое почитание выдающихся предшественников, достойное сделанного ими в нашем общем деле и во славу города и страны.

Уроки труда и творчества Личностей, опередивших время (в любом смысле слова), бесценны и непреходящи. Нужно только отличать принципы от деталей – улавливать «вечное», не подлежащее «старению» и пересмотру, в этом внутреннем понять идеи, смысл которых будет и ныне плодотворен. А ведь попытки подражать «текущему лидеру» формально, по внешним проявлениям без понимания существа оказывались и раньше тупиковыми. От слепого копирования, как и от всяческого следования неким шаблонам (пусть успешного, но чужого опыта) всегда предостерегал коллег и последователей сам Анатолий Аркадьевич, ещё будучи действующим бегуном.

Громкие слова в наше время от частого употребления уже не воспринимаются, но в случае с нашим Юбиляром полностью правомочны такие как великий и легендарный советский легкоатлет, эпоха в отечественной школе барьерного бега. Встречи с ним на жизненном и спортивном путях – подарок судьбы для всех, кому это довелось изведать.

Парадокс: футбольный или отечественный?

Кажется противоестественным, что у нас в городе может кто-то не знать Анатолия Михайлова! В реальности же встречаемся с такими парадоксами или курьёзами. В 2012 г. на стадионе «Петровский» можно было приобрести красочное издание «Наш «Зенит», периодический журнал нашего футбольного клуба. В одном из выпусков (№ 1, апрель 2012) мы увидели фото, на котором наш Анатолий Михайлов запечатлён после бега на соревнованиях на стадионе имени Кирова.

Но удивила подпись к фотокадру: «Первая половина 30-х годов. Футболист Аркадий Михайлов из команды завода «Большевик», которая тогда представляла ДСО «Зенит». Фото Н. Науменкова из архива ЦГАНФФД СПб».

Как уж издатели не отличили легкоатлетическую майку с ромбиком-эмблемой «Зенит» да с пришитым к ней нагрудным номером 301 (не встречающимся у игроков) от футболки, как не узнали характерные пологие трибуны кировского стадиона, открывшегося только в 1950 г., как, наконец, не подумали, что Науменков стал фотокорреспондентом ТАСС уже после войны, – загадка на тему компетентности футбольных летописцев.

Во всяком случае, подаренному «раритету» Анатолий Аркадьевич от души порадовался, ведь Аркадий Николаевич Михайлов (напомним знатокам футбола) – это его отец, игравший за «Зенит» в 1938-39 (и по одной из современных версий, вполне вероятно, что участвовал в блокадном матче на «Динамо» 31 мая 1942 г.), игрок рослый, подвижный, иногда даже выручавший команду, становясь вратарём.

Кстати, тогда «Зенит» был не тот, который стал теперь лучшей командой страны: он базировался на заводе «Большевик» и промелькнул в высшей лиге один сезон, потом спустился в класс рангом ниже и после занятия там последнего места (хотя Михайлов и отличился, став лучшим бомбардиром – не играя в нападении, забил 6 голов) был расформирован. А настоящим, поныне прославленным «Зенитом» стал клуб, в 1938-39 гг. выступавший как команда «Сталинец» на базе Металлического завода (тогда имени Сталина, впоследствии имени ХХII съезда КПСС, теперь без именного приложения к названию). Такое вот ещё одно не совсем лирическое, впрочем, столь же весёлое по сути дела, отступление от темы.

С отвлечения начали, тем же и завершим. «Это футбол», – так глубокомысленно объясняют любое событие, удачу соперника и собственные поражения эксперты и практики нашей любимой, народной игры, «короля спорта». Но к счастью есть и в этом виде спорта, и в нашей «королеве спорта» передовые личности, которые привыкли искать причины всех явлений внутри, вдумываясь, пробуя новое, трудясь много, но разумно, оценивать итоги без лишних эмоций, самоутверждения, объективно, с юмором – даже по отношению к себе.

Таков наш замечательный земляк – спортсмен, педагог, гражданин, всегда окружённый учениками и коллегами, истинный Алексеевец, стойкий Ленинградец, интеллигентный Петербуржец.

С Юбилеем, дорогой наш Анатолий Аркадьевич!

Марина Степанова, заслуженный мастер спорта СССР, профессор

Вячеслав Степанов, заслуженный тренер СССР, профессор

(Использованы фрагменты из книг «Спасибо, Зимний!». СПб, 2016 (В. В. Степанов, глава «Анатолий Михайлов. Алексеевцы и ОФП», с. 23 - 27) и «Буква «Л» на майках бегунов (Ленинградская школа бега)». СПб, 2020 (В. В. Степанов, М. И. Степанова, М. В. Степанова, раздел «Дети Ленинграда. Из 50-х в 60-е. Десять лет быстрее всех», глава «Анатолий Михайлов и Виктор Ильич Алексеев», с. 157 - 170)

Комментарии